Именно спасти, ибо он не мог больше жить!
***
Зимою 1785 года доктора Моруса, куратора Лейпцигского университета, навестил странный человек, назвавшийся поэтом:
- Меня зовут Христиан Вейсе. Я зашел к вам, чтобы с вашего дозволения был выписан студенческий матрикул.
- На чье имя? - величаво осведомился куратор.
- На имя барона Христиана-Иоганна-Дитриха Гротгуса, семья которого из Митавы, столицы Курляндского герцогства.
- Прекрасно! - согласился доктор Морус, имевший давнюю слабость к титулам, и уже придвинул к себе лист бумаги. - Но я должен знать о возрасте нашего нового студента.
- Об этом лучше не спрашивайте, - захохотал поэт. - Наш высокочтимый студент родился только вчера. Я, как его крестный отец, разумно решил, что для младенца нет лучшего подарка на свете, чем зачисление в студенты с пеленок.
- Это невозможно! - отбросил перо куратор.
- А почему же? - удивился писатель. - Курляндия, как и Карелия, издревле поставляла Европе волхвов, звездочетов и алхимиков. Откуда вы что знаете? Может, отказывая младенцу в матрикуле, вы лишаете мир нового волшебника Нострадамуса.
Христиан Вейсе все-таки уговорил Моруса, и куратор сдался на уговоры, узнав, что бароны Гротгусы занимают не последнее место среди курляндской знати. Весьма довольный, поэт навестил гостиницу, в которой супруги Гротгусы остановились проездом на родину, и торжественно возложил удостоверение студента поверх орущего в колыбели младенца:
- Пусть он сразу набирается высокого разума.
- Наш сын будет камергером, - отвечала гордая мать.
- Скорее уж.., музыкантом, - скромно заметил отец...
Здесь я вынужден сделать паузу, дабы сообщить малую толику о том, кто такие Гротгусы ("гротен гусен" - большой дом).
В давние времена один из "большого дома" Гротгусов был послом Ливонского ордена при царе Иване Грозном; уже тогда Гротгусы владели землями под городом Бауск - именно там, где сейчас красуется дворец-музей Рундале (Руентале), место паломничества многих туристов. Бароны, судя по всему, были большими непоседами, они слонялись по Европе как неприкаянные, служили то в прусской, то в русской армии - как им хотелось.